Челябинцам показали мгновения боевых будней в скетчах ветерана СВО

Поднимаюсь на этаж. Посетителей ещё нет, только картины и я. Стою, рассматриваю. Динамика на бумаге — странное дело: статика, а герои будто в движении. У каждого своё дело, и оно важное. Вот солдат ледяной водой из фляги голову поливает. За спиной дым, силуэт танка едва угадывается.

— Магия рождается из наброска, — говорит появившийся автор. — Скетчбук и перо всегда под бронежилетом. Увидел момент — зарисовал, запечатлел.

Спрашиваю: детали нарочно прописывал или само так выходило, потому что был там и передавал эмоции?

— Детали здесь неслучайны, — отвечает, глядя на одну из своих работ. — Есть определённый смысл, момент. Вот эта фотография сделана вообще сложно – кивая на «Урок», запечатленный выстрел из миномёта. Поймать такое — доли секунды. Это красиво, опасно и зрелищно.

Мы стоим у полотен. Илья Бурчёнков — ветеран, кавалер ордена Мужества. На фронте выполнял боевые задачи с 2022 года, а до этого бывал в других горячих точках. Образование получил в военном пограничном институте. Карьеру военного выбирал осознанно, более двух десятков лет является кадровым офицером.

Его работы, представленные на выставке «Суровый свет» в государственном музее Южного Урала. Он написал их около года назад, уже после возвращения и ранения. Воспоминания, переосмысление, где-то художественный вымысел, рассказывает автор. Сюжеты реальные, прототипы — живые люди, сослуживцы.

Снайпер поднимает напарникам палец. «Промах» — земля взлетает за танком. «Нарядный» — солдат в БПЛА-очках пристроился за сараем, выполняет работу.

Мастер-класс, который проводит художник-ветеран нужен, чтобы привить детям любовь к изобразительному искусству — и это не так сложно, как кажется, уверен Илья. Техника скетча, по его словам, абсолютно лёгкая, её освоит даже ребёнок. Он уже проверял это в Хабаровске: пришёл к ребятам, они заинтересовались, кто-то даже начал рисовать после. Всё просто — тушь, перо, бумага. Не нужно уметь красиво с детства, главное — запечатлевать момент.

Названия у картин короткие, как выдох. Что ещё писать на зарисовках с передка? Здесь меня встретила разбитая вражеская бронетехника. На борту проступает крест — клеймо фашистских «Пантер».

Гуляешь по скетчам, а полотна кричат, шумят деталями. Слышно, как подгорает подбитая техника, как рокочут лопасти вертолёта. Бумага всё стерпит — и всё расскажет. Хрупкие воспоминания обретают устойчивость. Русский комикс. Глазами русского солдата. Автор зарисовок кивнул и ушёл готовиться к мастер-классу. А я остался.