Психбольницы стали поводом для пиара омбудсмена Алексея Севастьянова

19.08.2015 20:46
Автор: Служба информации
Омбудсмен Алексей Севастьянов накануне своей отставки решил громко хлопнуть дверью, вбросив в СМИ тему о неудовлетворительном состоянии психбольниц. Летом он посетил несколько медучреждений, в которых нашел многочисленные нарушения, а к психически нездоровым людям проявляется «скотское отношение» со стороны медперсонала. Более того, последняя поездка стала поводом для внепланового спича омбудсмена на заседании правительства, и помощь психбольным заявлена главной темой благотворительного вечера, приуроченного ко Дню рождения Алексея Севастьянова. Руководство областного минздрава оказалось очень удивлено теми фактами, к которым апеллирует уполномоченный по правам человека.
Психбольницы стали поводом для пиара омбудсмена Алексея Севастьянова
Количество публикаций в блоге Алексея Севастьянова в последние месяцы резко выросло. Июль: 21. Июнь: 19. Август: 12 за 18 дней. Для сравнения в марте – 4, феврале - 13, январе – 8. Среди других тем стала наиболее часто поднимается проблемы больных психиатрическими заболеваниями. За последние два месяца омбудсмен посетил несколько подобных учреждений, хотя ранее Севастьянов не упоминал эту тему. На сайте омбудсмена висит баннер «Пусть все будут здоровы. Акция помощи пациентам психоневрологических больниц».

В отчетах Алексей Севастьянов указывает на недофинансирование психбольниц. Вот результат проверки псиневрологической больницы в поселке Новогорный: «Выявлены проблемы с оформлением документов для пациентов различного характера: документов, удостоверяющих личность, пенсионных удостоверений, оформление пенсии», «остро стоит проблема организации досуга больных. Фактически, им нечем заняться».

В психоневрологической больнице №2 поселка Мирный Чебаркульского района Алексей Севастьянов выявил, что в палате находятся по 10-15 человек, бесплатная юридическая помощь не оказывается».

Говоря о системе в целом, омбудсмен заявляет об отсутствии элементарных санитарно-гигиенических условий в больницах, полноценного питания, бездейственных методов лечения позволяют говорить об условиях, приравненных к пыточным условиям содержания пациентов, при которых исключается гуманное и уважительное отношение к больным, отсутствии арт-терапии для пациентов.

Тема состояния психбольниц стала также поводом для незапланированного выступления Севастьянова на последнем заседании правительства Челябинской области. Очевидно, что это стало отчаянной попыткой сконцентрировать общественное внимание на собственной персоне в преддверии своей отставки: сегодня, 19 августа, стало известно, что на пост омбудсмена рекомендован прокурор Владимир Можин.

Стоит задаться вопросом: как не имеющий отношения к медицине и тем более столь узкой ее сфере как психиатрия, может рассуждать об эффективности лечения? Еще больше пугают заявления о каких-то пытках и наказаниях: ни у него, ни у минздрава нет ни малейшего подтверждения этих слов, во всяком случае, ни нам, ни общественности не было представлено ни одного доказательства произвола сотрудников. Подобные «страшилки», описанные в художественной литературе полувековой давности, не имеют ничего общего с сегодняшними реалиями. Пожалуй, в главном Алексей Михайлович прав: стоит сделать эту сферу более открытой, чаще освещать положение дел в ней. Это поможет избавить общество от предрассудков и не позволит спекулировать на этой теме.

Главный психиатр минздрава Челябинской области Анатолий Михайлович Косов:

«Севастьянов указывает, что к нему поступает большое количество обращений граждан в связи с выявлением у них тех или иных психических расстройств и получением психиатрической помощи. Это не удивительно для врачей-психиатров, так как находящиеся в болезненном состоянии, со сниженной или отсутствующей критикой люди, зачастую не могут смириться с самим фактом наличия у них психического расстройства и обращаются во все инстанции с жалобами на врачей, которые установили неправильный диагноз, зря направили на стационарное лечение, плохо лечили и т.д.

Наличие психического заболевания у человека вызывает отвержение его в нашем обществе, соседи и родные стремятся отстраниться от такой личности, возникают ограничения в трудовой деятельности, правах на владение оружием, вождением автотранспорта и т.д. Психиатры больше других понимают, как меняется жизнь этих пациентов; мы стремимся защитить их права и на жилье, и на работу, беседуем с родственниками, проводим просветительскую работу в СМИ и с теми, кто по роду своей деятельности сталкивается с проблемами психически больных людей (педагоги, психологи, полиция).

Удивляет позиция Уполномоченного по правам человека, который в своем письме цитирует заявления душевнобольных людей, выдавая их за свои наблюдения и заключения. Хотелось бы разъяснить, что у больных шизофренией бывает вполне реалистичный бред и галлюцинации, в которые они включают людей, находившихся с ними в контакте, а это в первую очередь медицинские работники. Так, например, пациент 38 раз госпитализируется в психиатрические стационары, но считает себя здоровым и пострадавшим от действий врачей. Находящиеся на принудительном лечении по решению суда пациенты, совершившие тяжкие преступления (убийства, изнасилования), постоянно обращаются с жалобами на несправедливость по отношению к ним, и такие жалобы рассматриваются с пристрастием и предубеждением в отношении правомерности вынесенных решений при проведении судебно-психиатрической экспертизы и решений суда.

В отношении жалоб от инвалидов, имеющих психические заболевания, чьи права, по мнению Уполномоченного, нарушаются в части «свободы для разумного выбора на основе личного предпочтения видов психиатрической помощи», то даже комментировать это обвинение трудно, поскольку как раз разум отсутствует у наших пациентов. К сожалению, наши инвалиды неспособны вести самостоятельный образ жизни, они утрачивают способности к образованию, о чем пишет Севастьянов, обвиняя нас в нарушении Конвенции о правах инвалидов по этим статьям (конвенция официально не была опубликована в России)».