Политика
Состав антитеррористической комиссии Челябинской области был расширен Состав антитеррористической комиссии Челябинской области был расширен
Губернатор Челябинской области Борис Дубровский провел итоговое в текущем году заседание антитеррористической комиссии. На нем он проинформировал о включении в комиссию новых членов. Об этом «ЧелябинскСегодня» 2 декабря сообщили в пресс-службе главы региона.
Владимир Мякуш: «Тезисы посланий президента станут для нас программой действий» Владимир Мякуш: «Тезисы посланий президента станут для нас программой действий»
Председатель Заксобрания Челябинской области Владимир Мякуш прокомментировал послание президента РФ Владимира Путина Федеральному Собранию. Особо он выделил в речи главы страны тезис об укреплении авторитета законодательных органов. Об этом «ЧелябинскСегодня» сообщили в пресс-службе ЗСО.
Суд отказался удовлетворять иски Гартунга о нарушениях на выборах Суд отказался удовлетворять иски Гартунга о нарушениях на выборах
Октябрьский районный суд отказал в удовлетворении девяти исков депутата Госдумы Валерия Гартунга о нарушениях на выборах 18 сентября. Об этом «ЧелябинскСегодня» 1 декабря сообщили в пресс-службе суда.
Дубровский: «Послание президента затронуло все аспекты жизнедеятельности страны» Дубровский: «Послание президента затронуло все аспекты жизнедеятельности страны»
Сегодня, 1 декабря, президент РФ Владимир Путин выступил с традиционным посланием к Федеральному собранию. Выступление прокомментировал губернатор Челябинской области Борис Дубровский, который присутствовал при оглашении послания, сообщили «ЧелябинскСегодня» в пресс-службе главы региона.

Провокаторы из ФСБ

09:34
10 Августа 2010 г.
"Чем слабее уголовно-розыскной аппарат, тем чаще агенты его прибегают к провокационным методам". Но если такое даже и есть, то говорить публично о таком нельзя. Провокация – это то, за что во всех странах принято сильно бить провокаторов в погонах по рукам.
Провокаторы из ФСБ

История провокации стара как мир. Утверждают, что полиция царской России использовала провокацию как метод борьбы с преступностью крайне широко. Но при этом важно было помнить, что «Кодекс дворянской чести» ни в коей мере не возбранял благородному человеку секретно действовать на пользу возлюбленного Отечества – только в видах его безопасности внешней. Но тот, же кодекс абсолютно исключал шпионство «внутреннее». Еще с начала ХІХ века полицейская провокация считается позорной и недопустимой вещью в любом цивилизованном обществе. Правда, провокация до сих пор остается любимым инструментом правоохранительных органов и спецслужб, то есть когда они сами готовят преступление, сами подводят человека под уголовную статью, потом на этом же его и ловят. Потому, что вокруг нас живет много людей, которые никогда не решатся совершить преступление по собственной инициативе, если их к этому не подталкивать, не уговаривать, не соблазнять, что и делает провокатор.

"Чем слабее уголовно-розыскной аппарат, тем чаще агенты его прибегают к провокационным методам". Но если такое даже и есть, то говорить публично о таком нельзя. Провокация – это то, за что во всех странах принято сильно бить провокаторов в погонах по рукам. Правда в кулуарах Госдумы уже давно идут разговоры о проекте закона, который фактически разрешит провоцирование госслужащих для выявления их продажности. Будет ли такой документ принят депутатами и когда, сказать сложно. А пока оперативные работники, не дожидаясь особых команд и санкций, активно "ловят на живца" и, конечно же, очень своеобразно относятся к соблюдению прав человека.

Очень часто милиция или спецслужбы, провоцируя взятку, ссылаются на закон об оперативной деятельности, который, по их мнению, разрешает такой прием. На самом деле Федеральный закон "Об оперативно-розыскной деятельности" достаточно определенно исключает провокацию в работе оперативных подразделений. Оперативно-розыскная деятельность основывается на принципах законности, уважения и соблюдения прав и свобод человека и гражданина - записано в статье 3 этого закона. А задачами оперативно-розыскной работы являются "выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, а также выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших".

11 января 2010 года Челябинский областной суд начал на удивление «тихо» рассматривать до недавнего времени «громкое» дело бывшего начальника отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями и коррупцией УБЭП ГУВД Челябинской области Станислава Якубовского. Он обвиняется в получении взятки в размере 1,6 млн. рублей от местного бизнесмена Виктора Давыдова за отказ в возбуждении в отношении него уголовного дела. Якубовский был задержан в 9 сентября 2008 года. И сразу же в прессу целенаправленно, как по команде из прокурорских структур слили служебную информацию о привлечении к ответственности авторитетного полковника милиции. Даже не закрепившись с доказательствами вины опытного оперативного работника ГУВД в СМИ, широкомасштабно запустили сведения о бесспорности его вины. И журналисты, привыкшие не задумываясь озвучивать донесения официальных пресс-служб, еще до вынесения судебного решения напрямую обвинили Станислава Якубовского в коррупционной деятельности

Как следует из материалов дела, в 2008 году региональный УБЭП начал проверку в отношении гендиректора ЗАО «Промышленно-финансовая группа „МОСТ“» Вадима Давыдова. Его якобы подозревали в применении мошеннических схем при продаже цемента. Как утверждает сторона обвинения, знакомый адвокат господина Давыдова Дмитрий Сергушкин, узнав о проверке, предложил бизнесмену за 5 млн. рублей сделать так, чтобы уголовного дела в отношении него не возбуждалось. Получив предварительное согласие, господин Сергушкин и адвокат Вадима Давыдова Марс Надершин, по версии следствия, договорились со Станиславом Якубовским о том, что выявленные нарушения будут квалифицированы не как уголовные, а как гражданско-правовые.

Но адвокаты были уж очень оперативно задержаны сотрудниками регионального УФСБ в момент получения от господина Давыдова части взятки - 1,6 млн. рублей. После этого был задержан и сам Станислав Якубовский, ему было предъявлено обвинение в покушении на получение взятки. А в отношении бизнесмена Давыдова в возбуждении уголовного делбыло, почему то отказано…. Адвокатам было предъявлено обвинение в покушении на дачу взятки. В настоящее время они находятся под подпиской о невыезде, а Станислав Якубовский был отпущен из следственного изолятора ФСБ №7 под залог в 400 тыс. рублей. В областном суде от комментариев отказываются, отмечая, что в связи с разглашением оперативной информации УФСБ, ряд судебных процессов носит закрытый характер.

Станислав Якубовский все эти годы был отстранен от должности. В неофициальных беседах его коллеги единодушно утверждали, что он «никогда бы не ввязался в подобные авантюры». Кроме этого, они неизменно характеризовали Станислава Якубовского как «отличного профессионала и честного человека» и считали, что «дело сфабриковано ФСБ». Сам же взяткодатель в ранге свидетеля обвинения - Вадим Давыдов на данный момент находится под стражей, в отношении него расследуется уголовное дело по факту мошенничества. Как утверждают источники в прокуратуре области, бизнесмен обвиняется в заключении фиктивных договоров на поставку цемента: он брал с покупателей предоплату, но цемент не поставлял.

Генеральный директор ЗАО ПФГ «МОСТ» Вадим Давыдов «главный обличитель» Станислава Якубовского, активно сотрудничавший с оперативными работниками УФСБ по Челябинской области действительно фигура необычайно колоритная.

Первый раз его двадцатилетнего помощника воспитателя школы-интерната вместе с неоднократно судимой матерью осудил Саткинский городской суд в 1990 году. И первый свой условный срок он получил за то, что систематически скупал в магазинах винно-водочные изделия и продавал их населению по завышенным ценам. Тогда Вадим Геннадьевич, хотя свою вину и признал, но условный срок наказания его не вразумил и он по определению суда как «не выполняющий предписанных судом ограничений» был отправлен в места лишения свободы. Где почти год проходил свои первые тюремные университеты. Освободившись, Давыдов практически сразу же развернул масштабную мошенническую деятельность, за что уже в 1993 году был арестован, а в 1996 году Златоустовским судом был приговорен к шести годам лишения свободы с конфискацией имущества.

Летом 2003 года главный бухгалтер Индустриальной финансовой группы «Антитарий» с неполным средним образованием Вадим Давыдов был вновь осужден уже Калининским судом Челябинска к шести годам и десяти месяцам лишения свободы в колонии строгого режима за еще более масштабное мошенничество. Тогда профессионального афериста и корыстного обманщика Вадима Давыдова в суде признали рецидивистом. В приговоре суда прямо сказано: «В действиях Давыдова имеет место опасный рецидив преступлений, что свидетельствует о том, что Давыдов на путь исправления не встал и должных выводов для себя не сделал». Тем не менее, его, пробывшего в заключении более 10 лет почему то досрочно освободили из мест лишения свободы уже в декабре 2004 года. Имея за спиной непогашенную судимость, Вадим Давыдов развернул свою привычную деятельность в еще больших масштабах.

25 апреля 2007 УВД Екатеринбурга возбудило уголовное дело № 45108. Давыдову было предъявлено обвинение по 12 эпизодам на сумму более чем в 18 миллионов рублей, и вновь по обвинению в мошенничестве.

3 декабря 2007 года УВД Курганской области возбудило уголовное дело № 821398 по обвинению в мошенничестве на сумму более чем в 21 миллион рублей в отношении директора ООО «Камелия» Романа Лашева. Находясь в федеральном розыске, он был задержан 30 октября 2008 года в Миассе за совершение разбойного нападения. На допросе Лашев показал, что коммерческую организацию ООО «Камелия», через которую осуществлялось хищение денежных средств покупателей, организовал Вадим Давыдов. Все похищенное Роман Лашев в виде векселей передавал Давыдову. Давыдов представлялся ему работником потенциального поставщика цемента ОАО «РосЦементЭкспорт» из Москвы. Надо ли говорить, что при проверке выяснилось, что это несуществующее предприятие.

29 сентября 2008 года ГУВД Челябинской области возбудило еще одно уголовное дело № 502495 по обвинению Вадима Давыдова в мошенничестве на сумму еще около 20 миллионов рублей. Объявленный в федеральный розыск мошенник был задержан 14 ноября 2008 года сотрудниками УБЭП ГУВД и водворен в следственный изолятор№1. Что любопытно к заблокировавшемуся за железной дверью от милицейской группы захвата «уважаемому предпринимателю» первыми прорвались явно злоупотребившие своими служебными полномочиями сотрудники ФСБ и областной прокуратуры ведущие дело Станислава Якубовского. Уединившись с Вадимом Давыдовым, они долго с ним о чем-то разговаривали с глазу на глаз. А после ареста, через прокурора Челябинска Сергея Лежникова даже добились перевода Давыдова в изолятор ФСБ №7.

Главной причиной проведения судебных слушаний в непривычном закрытом режиме, несомненно, явилось поистине зубодробительное заявление основного свидетеля обвинения Виктор Давыдова от 22 июня 2009 года. В котором он настаивает на своем непосредственном допросе в судебном заседании так как, по его мнению «сторона обвинения сфальсифицировала по данному делу доказательства, в чем я как свидетель не желаю участвовать. Одновременно отмечаю, что показания, полученные с меня в период с 9 сентября 2008 года по 10 апреля 2009 года, я не подтверждаю, так как даны они под давлением со стороны оперативных служб ГУ МВД России по УрФО и УФСБ России по Челябинской области ».

В аналогичном заявлении от 15 мая 200 года свидетель Давыдов рассказывает о том, что «показания, которые с меня, по сути, «выбиты» я не подтверждаю, поскольку они придуманы сотрудниками УФСБ России по Челябинской области». В этом же заявлении он говорит «об опасении за свою жизнь и жизнь его близких». О том, что после того как он отказался оговаривать Якубовского в отношении его самого «сотрудниками ГУ МВД России по УрФО и сотрудниками ФСБ России по Челябинской области начались уголовные репрессии». Которые были им подробно изложены в заявлении от 30 марта 200 года, в заявлении об отводах следственной группы, созданной для расследования уголовного дела № 30308. О том, что он устал от «тотального контроля и оказания давления».

 Естественно, что подобные разоблачения руководству Челябинского областного суда ни к чему. Проще привычно невнятной и тихой скороговоркой зачитать удобные фрагменты из «нужных» показаний «взяткодателя» Давыдова. И не привлекая ненужного внимания населения осудить «зарвавшегося мента».

Вся затея с проведением тайного судилища без посторонних глаз и ушей, и в первую очередь конечно же без журналистов, свелась к банальной попытке председателя областного суда Федора Вяткина скрыть некоторые шокирующие подробности «дела Якубовского».

Вот только отдельные фрагменты из обстоятельного допроса «свидетеля» Виктора Давыдова от 11 февраля 2009 года: «Вопрос следователя: Вами 29 декабря 2008 года было подано «заявление о фабрикации уголовного дела на имя Якубовского С.В.. Что Вы имели в виду? Ответ: Я больше не хочу давать показания против Якубовского, Сергушкина и Надершина, так как ранее я давал показания против них под давлением сотрудников УФСБ России Челябинской области и ГУ МВД в УрФО. Приблизительно в марте 2008 года по звонку из УФСБ по Челябинской области меня вызвали в красное двухэтажное здание ФСБ. Там со мной встретился Андрей Ерохин и Красиков Денис. Мне было предложено взять на работу человека, на должность юрисконсульта, в действительные функции которого входило бы своевременное извещение сотрудников ФСБ обо всех происходящих процессах, которые нежелательны для моего ЗАО ПФГ «Мост». Следуя пожеланиям сотрудников ФСБ, я дал команду принять на работу Красикову Елену. На тот момент времени я не знал, что она является женой Красикова Дениса – сотрудника ФСБ.

Приблизительно в августе 2008 года меня вновь вызвали в УФСБ и предложили поучаствовать в мероприятии, направленном на устранение одного из руководителей УБЭП ГУВД по Челябинской области. Мне объяснили это тем, что сотрудники ФСБ оказали мне помощь, связанную с «наездом» Управления по налоговым преступлениям ГУВД…. Сотрудники ФСБ предложили мне спровоцировать дачу взятки в крупном размере одному из руководителей Экономического блока, в который входит УБЭП, УНП и аппарат заместителя начальника ГУВД по Челябинской области Павлова. При этом мне было высказано пожелание, чтобы я спровоцировал это через круг своих знакомых, то есть бизнесменов и должностных лиц, что я и сделал.

В середине – конце августа 2008 года я использовал доверительные отношения со своим адвокатом Сергушкиным, который не знал о моих намерениях. Сергушкин познакомил меня с бывшим судьей Тракторозаводского районного суда Надершиным М. В, результате данного знакомства Надершин создал ситуацию с провокацией дачи взятки. В ночь с 8 на 9 сентября я передал Надершину один миллион 600 тысяч рублей, при этом я понимал, что Надершин никому не должен был передавать взятку, что он меня обманывает.

Приблизительно в 3 – 4 утра 9 сентября 2008 года мне позвонили на сотовый телефон и попросили подъехать в здание ФСБ. Меня встретил Красиков и провел в большой кабинет, расположенный на 2-ом этаже. С ним был сотрудник ГУ МВД УрФО по имени Костя (среднего роста, плотного телосложения, бритый наголо, уточняю рост ниже среднего). В большом кабинете находился Ерохин, Красиков, высокий полностью седой мужчина (по описанию поразительно похожий на заместителя начальника УФСБ по Челябинской области Александра Рябченко – прим. автора) и Надершин. Красиков предложил при мне Надершину выбрать одну из трех кандидатур, в отношении которых Надершин даст показания – Павлов, Фролов и Якубовский. При этом присутствующие лица говорили Надершину, чтобы он хорошо подумал над тем какую из предложенных кандидатур он осилит, не испугается и сможет дать «нужную» информацию для ФСБ. Надершин со своей стороны сказал, что он осилит любую из перечисленных «кандидатур», сказал, чтобы выбирал я. Но так как я никого не знал, то я отказался выбирать. После этого Надершин выбрал сам, назвав фамилию Якубовского – своего старого знакомого.

Уходя из кабинета, я задал Надершину вопрос, кто такой Якубовский? Он ответил, что это его старый знакомый сотрудник ОБЭП, которого несколько часов назад арестовали и который пришел к нему в гости в офис попрощаться перед его (Надершина) вылетом в Москву. Также хочу отметить, что за неделю – полторы – две до 8 сентября я задал вопрос Красикову и Ерохину, откуда у них уверенность в том, что мои знакомые будут «навешивать» на себя дачу взятки, да еще в составе группы. На что они ответили, если они не будут с ними «сотрудничать», то тогда будут привлечены по статье связанной с мошенничеством либо вымогательством.

После того 9 сентября 2008 года мне предложили составить заявление на имя начальника УФСБ. При этом попросили поставить дату 2 сентября…. Я набирал текст объяснения на компьютере. А суть текста мне диктовал сотрудник ФСБ. Меня попросили подождать, поскольку оформлялись протоколы по передаче мне и осмотру денежных купюр. При подписании их в 8.30 – 9.00 часов утра 9 сентября 2008 года, несмотря на то, что оперативно-розыскные мероприятия были завершены – понятых не было. Этим я хочу сказать, что все так называемые материалы ОРМ были подтасованы и сфальсифицированы.

Числа 9 – 10 октября 2008 года сотрудник ГУ МВД по УрФО Евгений попросил меня написать расписку задним числом (датированную 8 сентября 2008 года) о том, что я получил изначально от Красикова, а затем от следователя Фролова А.Е. то ли 1 млн. 100 тысяч рублей, то ли 1 млн. 200 тысяч рублей. Таких расписок было написано две. Одну я передал Евгению, а вторую мой адвокат Турбин следователю Фролову 12 октября в обмен на справку №514452 от 11 октября 2008 года.

Так же хочу дать показания об оказании на меня давления сотрудниками ФСБ и сотрудником ГУ МВД по УрФО Евгением. Такое оказание давления было регулярным, начиная с 24 октября 2008 года по 26 декабря 2008 года и 11 января 2009 года в изоляторе ФСБ №7. По данным фактам мной были написаны соответствующие жалобы в прокуратуру Челябинской области, в отдел генеральной прокуратуры в УрФО, Центральный суд Челябинска. Окончательных решений по данным обращениям пока нет. Я не хочу давать ложные показания против Якубовского, Сергушкина и Надершина, поскольку такие показания даны в результате сильного давления на меня, а так же боязни за благополучие своего бизнеса».

Остается напомнить читателям, что в уголовном кодексе для организаторов подобных «маски-шоу» прямо предусмотрена ответственность за соучастие в совершении любого преступления в форме подстрекательства. Как и к взяточничеству, подстрекать нас с вами возможно и к убийству или банальной краже. Не знаю как прокурору Челябинской области Александру Войтовичу, но лично мне такие рекомендации от  правоохранительных органов и спецслужб кажутся более чем сомнительными.

 



Разместить рекламу и объявление в газетах Челябинскa

Комментарии

Оставить комментарий
CAPTCHA