Интервью
Анатолий Литовченко: В период выборов мне поступило 38 тысяч вопросов от избирателей Анатолий Литовченко: В период выборов мне поступило 38 тысяч вопросов от избирателей
Экс-глава Увельского района Анатолий Литовченко вернулся на Южный Урал в качестве депутата Государственной думы РФ. О дисциплине в Госдуме, дальнейших планах по работе и законотворчеству, решению наиболее острых вопросов он рассказал в интервью «ЧелябинскСегодня».
Владимир Бисеров: Я готов пригласить конкурентов в свою команду Владимир Бисеров: Я готов пригласить конкурентов в свою команду
Исполняющий обязанности главы Копейска Владимир Бисеров вошел в число фаворитов, из которых депутаты Копейска будут выбирать нового градоначальника. О своем отношении к новой, конкурсной, схеме по выбору главы, своих преимуществах перед конкурентами и планах по дальнейшему развитию города Владимир Бисеров рассказал в интервью «ЧелябинскСегодня».
Андрей Лавров: В челябинских элитах ожидается большое противостояние Андрей Лавров: В челябинских элитах ожидается большое противостояние
Партия «ЕР» объявила о реформе, которая подразумевает изменение работы с избирателями и кадровые перестановки. О политической ситуации в целом и реформе в частности мы поговорили с известными челябинским политологом и экспетом АПЭК Андреем Лавровым. Подробности в интервью «ЧелябинскСегодня».
Сергей Обертас: Если необходимо, кадровые решения я принимать умею Сергей Обертас: Если необходимо, кадровые решения я принимать умею
Сергей Обертас вошел в состав избиркома Челябинской области, Элла Памфилова утвердила его кандидатуру 9 ноября. Именно его называют основным претендентом на пост руководителя регионального избиркома. Для Сергея Обертаса вопросы избирательного права не новы: он в течение трех лет возглавлял избирком Магнитогорска. О задачах, принципах руководства и о том, как изменится работа избирательной комиссии — в интервью «ЧелябинскСегодня».

Валерий Шагиев: "Надо беречь хрупкую психику ребенка"

17:00
28 Августа 2012 г.
С 1 сентября телеканалы, радио и интернет-сайты должны начать жить по новым правилам: до 21.00 никакого насилия, эротики и прочей информации, которая может негативно повлиять на неустойчивую психику ребенка.
Валерий Шагиев: "Надо беречь хрупкую психику ребенка"

С 1 сентября телеканалы, радио и интернет-сайты должны начать жить по новым правилам: до 21.00 никакого насилия, эротики и прочей информации, которая может негативно повлиять на неустойчивую психику ребенка.

С 21.00 до 23.00 часов допускается дозированная подача такого материала, но только в строго обозначенном ключе. И лишь после 23.00 часов любители острых ощущений могут «насладиться» кровавыми сценами и леденящими душу подробностями. Очевидно, что многим каналам в связи с этим придется кардинально менять концепцию и перекраивать программу передач. О том, чем обернется принятие такого закона, мы говорили с членом Общественной палаты РФ, директором ИК «Медиацентр» (куда входят 31-й канал, «Челябинское эхо» и «DFM-Челябинск») и ТРЦ «Восточный экспресс» Валерием Шагиевым.

 

Журналистов научат сочувствовать

— Насколько я понимаю, с 1 сентября жизнь изменится?

— Я думаю, да. Уточню, что сам закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» приняли в декабре 2010 года, а в июле 2012-го — поправки к нему. Хотя до сих пор выглядит он достаточно сырым. Порядка 14 страниц занимает сам закон и практически столько же — поправки.

— От кого и от чего будут защищать детей?

— От негативной информации, то есть всего того, что может нанести вред неустойчивой психике ребенка. Это все, что связано с изображением или описанием катастроф, несчастных случаев, болезней, насилия, порнографии и так далее. Закон касается информации в целом, но большая его часть относится к телевидению. В документе также упоминаются Интернет и радио, но по радио там одна небольшая статья, Интернет вообще идет в перечислительном порядке. Сейчас юристы, работающие на телеканалах и в информационных холдингах, пытаются расшифровать и интерпретировать его. Любой закон имеет толкования, важно определить крайние точки, за которые нельзя заходить.

— В обществе отношение к закону неоднозначное.

— У меня тоже противоречивое отношение. Как член Общественной палаты я его приветствую, потому что у закона благая цель — защитить детей от негатива, которого в наше время стало очень много. Как человек, имеющий непосредственное отношение к телевидению, я понимаю, что закон осложнит работу журналистов. Но, я думаю, потребуется не так много времени, чтобы усвоить эти нормы и начать им следовать.

— Такие каналы, как НТВ, РенТВ и подобные им можно закрывать?

— Закрывать не нужно. Можно сделать так, чтобы родители сами могли решать, что их ребенку смотреть. С самого начала работы на телевидении я постоянно слышу упреки от, как мне кажется, недобросовестных родителей, которые говорят, что оно развращает молодежь, учит неправильным вещам. У меня на это всегда был ответ: если вы доверяете воспитание детей телевизору, ничего хорошего из этого не получится. Программная направленность каналов, о которых мы говорим, известна. Если кто-то считает, что их просмотр может навредить ребенку, нужно просто ограничить его. Технические средства сегодня позволяют это сделать.

— Это можно было сделать и раньше. Что изменится?

— Закон вводит для всех передач и фильмов, где есть сцены насилия и жестокости, маркировку, которая будет транслироваться в начале программы и после каждой рекламы и длиться восемь секунд. Теперь вся ответственность за эффект от полученной информации ложится на родителей. При этом до 21.00 часа вся жесткая, негативная информация исключена. С 21.00 до 23.00 часов есть определенные допущения. После 23.00 часов практически все запреты снимаются, остается только маркировка. В программе передач закон также обязывает указывать возрастную категорию (для детей до шести лет, от шести, от 12 и от 16).

— Получается, до 21.00 часа вообще нельзя рассказывать про катастрофы, происшествия, аварии?

— Можно, но без натуралистичных подробностей. А после 21.00 часов допускаются отдельные бранные слова, не эксплуатирующие интереса к сексу. Нельзя акцентировать внимание на крови, говорить о том, что могло бы вызвать страх или ужас у детей. Допускается описание жестокости или насилия (за исключением сексуального), но при условии, что журналист будет высказывать сочувствие к жертве и осуждение действий преступника.

Зрители не станут выключать телевизоры в знак протеста

— Имеется в виду подача в стиле Андрея Глебова: «Пьяные подонки убили и ограбили бабушку...»?

— Можно и так. Я не думаю, что закон требует гипертрофированного отношения, стенаний. Главное — не наделять преступников романтическим образом, не показывать, как лихо и интересно убегать от сотрудников ГИБДД. Когда в России в активной фазе шла война в Чечне, журналисты нередко показывали террористов, которые пытались оправдать свои действия — взрывы в метро, захват заложников. Сейчас этого не будет. Закон предписывает осуждать подобные вещи и относиться с сочувствием к тем, кто погиб. Но есть поправка: можно этого не делать, если насилие совершено в интересах прав граждан или общества.

— Как в истории про Робин Гуда?

— Да, или если человек действовал в целях самообороны, либо правоохранительные органы вынуждены были ответить на насилие. Я отношу это к субъективным факторам. Также в категории 16+ можно говорить о наркотиках, но нельзя демонстрировать наркотики, таблетки, процесс их приготовления и так далее. Самих наркоманов показывать можно, но нужно говорить о пагубных последствиях употребления наркотиков, а не о том, как они расширяют сознание.

Я считаю это оправданным; в обществе должно формироваться отрицательное отношение к наркотикам. Правда, здесь есть опасность, что телевидение станет ханжеским, начнется поджимание губ. Но заставить людей переосмыслить свое отношение к подаче информации необходимо.

Сегодня у журналистов, особенно в регионах, где информационная картина достаточно монотонна, когда случается происшествие, начинается соревнование в поиске натуралистичных подробностей. При этом многие люди благосклонно воспринимают такие новости — это щекочет нервы. Недаром еще в Британии существовал принцип, что самая хорошая новость — кровавая.

Можно сколько угодно говорить в университетах про этику журналистов и подписывать хартии, а потом какой-нибудь канал берет и ставит в качестве своей программной концепции демонстрацию ужасов и происшествий. Кто-то должен остановиться. И глупо думать, что люди станут в знак протеста выключать телевизоры.

— Эти рекомендации касаются только новостей?

— Они касаются всего, что показывают по телевизору. Маркироваться будут даже анонсы. Закон «О защите детей от информации...» предусматривает создание уполномоченного органа, который будет заниматься сертификацией фильмов, передач, сериалов. Специалисты (в том числе детские психологи, врачи, юристы) для каждого продукта будут устанавливать маркировку.

Что же касается программ, то, поскольку они каждый раз создаются заново, ответственность за их выпуск ложится на редакторов. На 31-м канале юрист разработала памятку. Там нет ничего кардинально нового, большинство требований уже соблюдается. Никто не показывает обезображенные тела, поскольку это отталкивает людей от экранов. Есть перебарщивание с описанием подробностей полученных травм, но это делается не ради того, чтобы посмаковать, а чтобы показать крайнюю степень страданий и ужаса происшествия.

Будем отходить и от этого. Еще один нюанс: у жертв есть родственники, которым больно смотреть такие выпуски. Хотя, опять же, сейчас мало кто называет фамилии и имена попавших в беду, все стараются делать этически выдержанную информацию. Я связываю это с тем, что уровень запросов в обществе возрастает.

— Теперь на каналах будет по три выпуска новостей?

— Я думаю, нет. Скорее, «кровавые» сюжеты в специализированных выпусках вроде «Дежурной части» или «Чрезвычайного происшествия» придется выносить за 11-часовую отметку. Нам просто нужно понять, что цель этого закона — защитить детей, которые начинают слишком легко относиться к насилию. Ценность жизни снижается, если они за ужином видят кровь.

— Мне кажется, легкое отношение к насилию формируют многие мультфильмы...

— В мультфильмах нет фатальных последствий. Там все гипертрофированно и выглядит комичным.

— Но при этом ребенок может подумать, что, если ударить кого-то лопатой по голове, ничего не произойдет.

— Это дискуссионная тема. Мультфильмы также будут проанализированы. Возможно, для некоторых вроде «Тома и Джерри», где кота бьют по голове, у него выпадают зубы, но потом вырастают, будет установлена категория не от нуля до шести лет, а выше. Когда ребенок уже понимает, что если ударить по голове, последствия будут более страшными.

Интернет останется без крови

— Как бы то ни было, всю программу передач придется перекроить — сдвинуть боевики, детективы...

— Каналам, концепция которых строилась на таких материалах, придется менять свою сетку. Но и остальным тоже нужно быть ответственнее. У нас есть фильмы, которые несут положительный посыл, но там присутствуют эпизоды, связанные с сексуальными отношениями. Они выглядят как часть замысла автора, но не вписываются в концепцию закона. Как будет решаться этот вопрос, зависит от сертифицирующего органа. Время покажет. В данной ситуации важно, чтобы устанавливаемые правила соблюдались всеми и в полной мере.

— В России редкие законы соблюдаются всеми и в полной мере.

— Телевидение отрегулировать очень просто. Оно в общем доступе, есть записи эфиров, которые телевизионщики обязаны хранить. Гораздо сложнее будет отрегулировать Интернет. А нынешние дети большую часть негатива получают оттуда. Телевидение может стать случайным поставщиком информации. В Интернет же заходят с определенными интересами, и в 99 процентах случаев они удовлетворяются.

— Как можно отрегулировать Интернет?

— Предполагается, что будут определенные структуры, задача которых — отслеживать сайты на предмет негативной информации. После ее обнаружения владельцу сайта делается предписание удалить или изменить информацию. В случае игнорирования через определенный срок провайдер будет обязан заблокировать ресурс.

— Но как быть агентствам? Размещать криминальную хронику по вечерам, а наутро удалять?

— У нас есть цель, которую нужно достичь. А как это сделать — вопрос к тем, кто размещает информацию. Самое простое — не размещать то, что может повредить психике ребенка. Либо вводить ограничения на пользование.

— То же самое касается и газет?

— Газеты, журналы и прочая печатная продукция распространяются иначе. Это не телевизор, который есть в каждой квартире. Газеты покупают и приносят домой взрослые, поэтому они ответственны за то, что там написано. Но, я считаю, и журналистам печатных изданий следует соблюдать этические правила: не смаковать подробности, не размещать фотографии трупов и так далее.

— Запретный плод сладок. Не вызовет ли новый закон интерес к таким темам?

— То же самое можно сказать об алкоголе и сигаретах. Но, к примеру, когда запретили рекламу пива, его потребление снизилось. Закон «О защите детей от информации...» сделает СМИ более ответственными. Следующий шаг — за родителями.


Мнения

Оксана ШЕВЧЕНКО, шеф-редактор телеканала ОТВ:

— В целом идею поддерживаю. В советские годы было четкое разделение на детское и взрослое время. Сейчас с экранов телевизоров идет много негативной информации: про самоубийства, насилие, педофилию. Не вижу ничего плохого в том, чтобы ограничить ее показ. Конечно, журналистам придется искать иные способы привлечения внимания.

Не думаю, что новый закон кардинальным образом изменит работу нашего канала. Мы стремимся не показывать сцены насилия и то, что может напугать детей, а рассказываем о жизни на Южном Урале, об интересных людях, умельцах. Конечно, и у нас бывают сюжеты про ДТП, криминальная хроника. Но к ним отношение двоякое. Если на каком-то перекрестке постоянно сбивают людей, возможно, детям стоит знать, что это место лучше обходить стороной?

Сергей БЛИНОВСКИХ, редактор челябинского бюро РИА «Уралполит.ру»:

— С одной стороны, если посмотреть, в каком информационном поле растут наши дети, становится страшно. Поэтому ограничительные меры необходимы. С другой стороны, это уже не первая попытка наших законодателей цензурировать телевидение. Определенные ограничения уже действуют.

Согласен с Валерием Шагиевым в том, что нельзя всю ответственность возлагать на телевидение. Даже если ввести очень жесткие ограничения для телеканалов, останется Интернет, который контролировать сложно. Родители должны понять, что телевизор не лучшее времяпрепровождение для ребенка. И еще настораживает увлечение наших законодателей темой цензуры.

Запретительные инициативы появляются одна за другой. Может быть, стоит добиться исполнения уже существующих законов? К примеру, в России официально запрещено продавать пиво детям. Но в некоторых магазинах им и водку продают. Даже если люди перестанут пить на улице, атмосфера начнет меняться.



Разместить рекламу и объявление в газетах Челябинскa

Комментарии

Оставить комментарий
CAPTCHA